Протесты в Казахстане: воспоминания о буржуазной власти Алаш-Орды и современных реалиях борьбы за независимость
По всей стране вспыхнули акции протеста, а в южных областях и в городе Алматы дело дошло до вооружённых столкновений протестующих с силами правопорядка.
В этой тяжелейшей обстановке Президент РК Токаев принимает решение запросить помощь у стран - участниц ОДКБ, где самой сильной армией располагает Российская Федерация.
И ввод миротворческих сил стран-участниц ОДКБ, где большая часть соединений принадлежит России, мне напомнил исторические события, которые происходили на территории Казахстана в далёком 1918 году, связанные с кумирами казахской буржуазной власти Алаш-Ордой.
Итак, в разгар Гражданской войны борцы за независимость казахского народа А. Букейханов вместе с А. Ермековым и заведующим военным отделом капитаном X. Тохтамышевым в июле и августе 1918 г. вели переговоры в Самаре и Омске с представителями военных ведомств КОМУЧа и Временного сибирского правительства по вопросам оказания помощи Алаш-Орде в формировании вооруженных сил. Лидеры западного отделения Алаш-Орды X. и Ж. Досмухамедовы получили из Самары через КОМУЧ 600 винтовок и пулемет, обещая в ближайшее время организовать казахские отряды в количестве 2000 человек; тургайской группе в сентябре 1918 г. было выделено 300 берданок, 20 тыс. патронов и большое количество обмундирования.
С помощью атамана Дутова приступили к формированию двух конных полков: одного в Кустанайском, другого — в Иргизском уездах. В августе 1918 г. в Семипалатинске был сформирован первый Алашский конный полк в составе 38 офицеров и 750 бойцов.
Инструкция по мобилизации джигитов о Уральскому округу. «Для пополнения комплекта джигитов киргизской народной армии до двух тысяч человек, согласно постановления всеобщего оренбургского киргизского съезда 1917 года, необходимо объявить по оляяту мобилизацию джигитов и лошадей на следующих основаниях: “По каждому уезду сроки мобилизации объявляются особым приказом Алаш-Орды, с каждых пятидесяти кибиток мобилизуется по одному джигиту и одной лошади».
Итак, еще раз. Идет гражданская война. Нужно создавать новую киргизскую народную армию. Букейханов хочет ее пополнить ДО ДВУХ ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК. Вы серьезно? Из шести миллионов вы выделяете на армию две тысячи человек? Почему бы не объявить массовый призыв всего населения от 18-ти до 55-ти? Ведь этот народ воюет за свою независимость, разве нет?Да потому, что Букейханов понимал, что более-менее массовый призыв породит возмущение среди народа, и вся власть развалится как карточный домик.
С горем пополам, к 1919-му армия едва выросла до трех тысяч. Отчитываясь перед белыми, Букейханов сказал: «В вопросе о милиции вы меня не поняли. Милиция наша — это войско. Оно уже фактически существует: 700 наших джигитов находятся на фронте в Семиречье, 540 человек у Троицка, 2000 человек в Уральской области. Когда вы читаете сообщение об успехах на семиреченском фронте, то знайте, что эти успехи достигнуты благодаря нашим отрядам».
Как видел армию Букейханов? «Штаб армии будет общим с русским. В остальном отношении армия должна быть организована наподобие казачьих войск с самостоятельным войсковым управлением».
Вот такой вот борец за независимость – со штабом у представителей российского временного правительства и подчинением, подобно казакам.
Заметь, дорогой товарищ, что в формировании алашского войска участвовали российские и казацкие командиры, выступавшие за единую и неделимую Россию и как ни странно, но при таком обилии вышеуказанных фактов казахская буржуазная власть выставляет алаш-ординцев “борцами за независимость казахского народа”.
Всё бы ничего, но даже в этой микроскопической алашской армии происходит восстание из-за жестокого обращения казачьих офицеров с казахскими военнослужащими.
Бунт произошел 7-го декабря 1918 г., против правительства Досмухамедовых киргизской милицией в составе 400 человек <…> Восстание милиции было вызвано плохим снабжением, произволом, господствующим в лагере Досмухамедовых, варварским отношением к национальной милиции казачьих офицеров, поровших рядовых плетью.
В основном же, это общее недовольство масс крестьян и дехкан, которое вылилось