Итальянский фашизм глазами итальянцев.
Товарищи, приветствуем! Ниже — выдержки из книги “Фашизм: социалистическое расследование о преступлениях фашистов в Италии” (Fascismo: Inchiesta socialista sulle gesta dei fascisti in Italia), переведённые с итальянского. Книгу подготовило легендарное издание “Avanti”, где когда-то среди редакторов числился сам Бенито Муссолини — будущий лидер фашистов.
Можно спросить: «Зачем нам знать, что творили фашисты в Италии? Мы же живём в Казахстане, далеко от Средиземноморья!» Но семена фашизма и здесь попали на «благодатную почву»: всё больше молодых казахстанцев, сталкиваясь с несправедливостью капиталистического уклада и колоссальным социально-экономическим разрывом, ищут лёгкие, но по сути человеконенавистнические ответы.
От старших не отстают и возрастные националисты с шовинистами, которые потрясают Казнет своими безумными предложениями и размышлениями. По уровню бреда они ничуть не лучше северных коллег.
Перейдём к живым примерам того, чем был фашизм для итальянцев.
Венето
В Полезине
I. Внутриполитическое напряжение в Полезине достигло такой силы, что замминистра внутренних дел признал: ситуация выходит из-под контроля.
Речь о крае с умеренными традициями, но месяцы острого земельного конфликта чиновники предпочитали не замечать, закрывая глаза на всё более частое насилие.
Эти ужасы вынуждают нас говорить о фактах, и даже оппоненты признают нашу работу. Власти Полезине не спешат освещать расправы над фермерами, которые не хотят подчиняться новым порядкам и отдавать свои участки.
Замминистра, увы, уходит от подробностей и действий, тогда как жестокость в Полезине становится всё изощрённее (стр. 9).
Как во времена массового бандитизма
По ночам, когда люди собирались ко сну, к домам подкатывали грузовики с фашистскими дружинами. Чаще всего они выбирали деревни на пару сотен жителей; старосты помогали в темноте найти дом строптивого горожанина.
Отряд с ружьями и пистолетами окружал дом. Главарь приказывал выйти, грозя: «Не выйдешь — сожжём дом, жену и детей».
Если хозяин выходил, его избивали, связывали, кидали в грузовик и везли в поле. Там издевались, калечили и, насытившись страданиями жертвы, оставляли привязанным к дереву.
Попытка обороняться с оружием заканчивалась мгновенной расправой без суда: сотня головорезов против одного. Так выглядело положение в Полезине.
В Саларе (факты зафиксированы в отчётах) ночью постучали к рабочему. «Кто там?» — «Друзья!» Он открыл и увидел вооружённую банду. Закрыть дверь не дали — около двадцати выстрелов из ружей и пистолетов, труп оставили у порога.
В Петторацце главу местного профсоюза разбудил стук. Снаружи выкрикнули, что это полиция. Он поверил и открыл. Его связали, избили, увезли в неизвестность, по дороге выставляли на посмешище, затем окровавленного бросили умирать посреди пустынной дороги. Он сумел доползти до дома, сообщил карабинерам — и… его арестовали.
В деревне Пинкара у Дома собраний остановился грузовик. Здание пустовало, но фашисты для виду открыли огонь по стене и облили дом бензином, подожгли.
Затем направились к дому главы деревни. Полночь, хозяина нет, жена в больнице, дома только дочь, отвечающая: «Папы нет». Ей не поверили, дом обыскали. Не желая завершать рейд без жертвы, фашисты двинулись к дому профсоюзного деятеля. Окружили, дали около двухсот выстрелов. Хозяин вышел защищать дом — его расстреляли в упор, сделав примерно пятьдесят выстрелов.
Когда он упал, нападавшие вошли, сделали контрольные, убедились, что жертва мертва. Затем избили его сына, выбежавшего на дорогу с криком об убийстве. Следы той ночи до сих пор на его теле.
В Адрии фашист поссорился с носильщиком — носильщик погиб. Но на этом не остановились: грузовик помчался к дому главы местной ячейки социалистов. Его связали, избили, отвезли к реке Адидже, инсценировали утопление, затем привязали к телеграфному столбу и бросили… уже в провинции Падуя!
Стоит отметить, что “Corriere del Polesine”, местная газета в Венето, не побоялась и осветила этот жуткий, леденящее кровь эпизод.
А фашисты начали мстить. В ночь, когда карабинеры спят (их предупреждали о рейдах), головорезы подъехали к дому депутата местного представительного органа Ровиго. “Кто там?” — спросила жертва. “Полиция”, — ответили. Но хозяин не открыл: одежда пришедших не напоминала форму. Они постучались снова.
В Полезине знали: если ночью стучат и говорят, что это полиция, — это смертный приговор. Хозяин не открыл. Тогда дверь принялись выбивать. Он взял револьвер, но жена и мать уговорили его бежать. Пули свистели над головой; он бежал к казарме карабинеров, не зная об их сговоре с фашистами. Жену и мать взяли заложницами, требуя выдать беглеца.
Такие истории длятся до сих пор, а наказанных нет. Жители Полезине пишут во все инстанции, требуя осудить фашистских головорезов, но ни карабинеры, ни чиновники не предпринимают шагов. Они делают вид, что ничего не видят и не слышат (стр. 10).
Призывы Палаты труда: трусость!
День за днём, неделя за неделей фашистские отряды делают своё чёрное дело. Из “Corriere del Polesine” узнаю: Дом собраний сожжён без причины, кого-то избили или убили. И задаюсь вопросом: почему мы не можем остановить преступников? Почему Палата труда ведёт себя нейтрально, будто ничего не происходит? Она твердит: сидите дома, не поддавайтесь провокациям, сейчас трусость — часть доблести. Но даже оставаясь в стороне, мы наблюдаем террор. Политическая борьба и мирные протесты исчезли, их вытеснили ужас и требование всё новых жертв. Что делать? Продолжать правовую борьбу? Но кто первым пошёл по пути насилия? Вы, государственные мужи, должны были обеспечить законность политической борьбы, но предпочли молчать и фактически стали на сторону бандитов.
Давайте вспомним, что когда в Эмилии шла борьба крестьян с местными латифундистами, наша провинция Ровиго молчала. Когда в Венето и Падуе фашисты расправлялись с крестьянами, не желавшими продавать участки латифундистам, Ровиго молчала. Там шли долгие дискуссии, борьба против произвола длилась месяцами, но насилия было гораздо меньше, и если случалось, то эпизодически. Наша нейтральная позиция обернулась нам боком: враг понял, что может делать всё что угодно и не платить за это. Вот в чём разница! Да, мы осудили действия фашистских организаций, но не предприняли конкретных шагов, чтобы защитить пострадавших и остановить фашистов. Теперь, убедившись в нашей слабости и трусости, эти убийцы и насильники с удвоенным рвением творят своё чёрное дело.
Мы не раз предупреждали Палату труда о бесчинствах в провинции, но откликов — раз-два и обчёлся, и то там, где сопротивление и рабочее движение плохо организованы.
С себя ответственность не снимаем, признаём ошибки: времени на создание решительного отпора фашизму и просвещение рабочих и крестьян было мало. Но просветительскую работу мы продолжаем. Наши крестьяне любят Родину, готовы её защищать, но, возвращаясь с войны, остаются покалеченными или без имущества.
Поэтому крестьяне Полезине понимают: даже «за светлое будущее» война несёт им лишь страдания и нищету. Наш долг как социалистов — не допустить втягивания Италии в новые военные конфликты (стр. 12).
Борьба против произвола латифундистов
Мы спрашиваем: почему всё это происходит? Причина проста, хотя малозаметна: идёт борьба за лучшие земли. 28 февраля истекает срок договоров с латифундистами.
Мы предлагали продлить старые соглашения до новых земельных договоров. Латифундисты отказались: им выгоднее аннулировать договорённости, чтобы расколоть профсоюзы и союзы мелких крестьян. Они заявили, что ради своих целей не будут засевать новые площади, ведь расширение посевов может уменьшить прибыль.
Латифундисты грозят сорвать посевную, если крестьяне не отдадут участки и труд полностью в их распоряжение, превращая жизнь людей в зависимость от их прихотей.
Товарищи, надо признать: действия латифундистов ставят под удар не только право на достойный труд, но и само существование независимых рабочих профсоюзов и крестьянских объединений. Нужны решительные меры — иначе будет поздно.
Латифундисты отправляют неугодных работников в неоплачиваемые отпуска, хотя договоры действуют до 29 августа. Представители МВД знают о правовом произволе, но мер нет. Наоборот, задерживают профсоюзных активистов лишь за исполнение обязанностей.
Кто финансирует и направляет банды против крестьян? Латифундисты. Чьи тёмные грузовики ездят на карательные рейды? Их. В Полезине не арестован ни один владелец этих машин. Транспорт принадлежит не только латифундистам, но и промышленным магнатам, запугивающим рабочих, но именно латифундисты более организованы, сплочены и готовы на всё.
Фашистские дружины на их деньги колесили по провинции, запугивая непокорных. Власти закрывали глаза. Даже когда стражи порядка Фикароло решили возбудить дело против фашистских отрядов, латифундисты спустили его на тормозах. Закон и справедливость оказались в распоряжении богатых и влиятельных.
Некоторые чиновники фиксируют бесчинства в рапортах, но этого мало. Примеров содействия карабинеров фашистам множество: в Лорео фашисты схватили и избили крестьянина, привели к карабинерам и обвинили в антигосударственных действиях. Вместо ареста нападавших задержали избитого.
Мы писали петиции, но власти глухи. Фашисты в Венето продолжали расправы: в Адрии слышны выстрелы, лидеров профсоюзов убивают, а карабинеры бездействуют. Когда мы предоставили неопровержимые доказательства преступлений, королевский уполномоченный цинично сказал, что ничего не знает и газет не читает (стр. 14).
“Трусость как акт фальшивого героизма!”
Речь не о единичных случаях, «упущенных» полицией. Вы утверждаете, что принимаете меры, но это неправда. Мы говорим об организации, которая открыто хвастается в СМИ запугиваниями отдельных людей и лидеров профсоюзов. Организация незаконна, преступна, опасна — а вы делаете вид, что этого нет.
Если кого-то из рабочего движения избивают, арестовывают глав профсоюзов, мэров маленьких городов — всех, кроме виновных. Вы делаете преступников героями и игнорируете их преступления.
Дорогие товарищи, СМИ молчат о том, что происходит в провинции Ровиджо. Что нам делать? Мы будто загипнотизированы призывами не поддаваться на провокации и верой, что трусость — разновидность доблести. Время показало: напрасно мы надеялись на правительство и полицию. У нас нет больше сил терпеть безнаказанность и бессилие властей — молчание лишь множит число жертв. Мы не позволим, чтобы кого-то из нас убили или посадили без суда. Надо перестать терпеть насилие, бездействие властей и трусость государственных профсоюзов. Господа чиновники и полиция, наблюдая за вами, мы вправе считать вас соучастниками этих бесчинств. Ждать помощи от вас мы больше не будем. Мы предупредили вас и госпрофсоюзы. Это всё, что хотел сказать (стр. 16).
==========================================================
Таковы реалии итальянского фашизма — того самого, что намеренно романтизируют пропагандисты ВГТРК и которым, из-за пробелов в образовании, восхищаются неокрепшие умы. Завершим словами Георгия Михайловича Димитрова:
«Фашизм — это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее империалистических элементов финансового капитала… Фашизм — это не надклассовая власть и не власть мелкой буржуазии или люмпен-пролетариата над финансовым капиталом. Фашизм — это власть самого финансового капитала. Это организация террористической расправы с рабочим классом и революционной частью крестьянства и интеллигенции. Фашизм во внешней политике — это шовинизм в самой грубейшей форме, культивирующий зоологическую ненависть к другим народам.»
Источник: Fascismo: Inchiesta socialista sulle gesta dei fascisti in Italia. – Milano: Avanti, 1922.
Рекомендуем к ознакомлению:
Итальянский фашизм и его крах.
Қызыл Отау / Красная Юрта