Фурманов
В этот день, 7-го ноября, ровно за двадцать шесть лет до Великой Октябрьской Революции в Костромском уезде родился советский революционер и писатель Дмитрий Андреевич Фурманов. Хотя детство и юность будущего революционера прошли в центральной России, он внёс большой вклад в установление Советской власти на территории Казахстана, поэтому до последнего времени одна из центральных улиц Алматы заслуженно носила его имя.
Юность будущего революционера прошла в Иваново и Кинешме, где он учился в «Торговой школе» (ныне школа № 26 города Иваново), а позже в реальном училище (ныне Лицей имени Д. А. Фурманова в Кинешме). Именно в годы учёбы в училище сложилось его мировоззрение, и Фурманов решил посвятить свою жизнь литературе. После его окончания в августе 1912 года он поступил в Московский университет на филологический факультет, который окончил в 1915 году. Но госэкзаменов Фурманов сдать не успел, поскольку отправился на фронт Мировой войны в качестве брата милосердия Красного креста в звании прапорщика.
Активная революционная деятельность Дмитрия Фурманова началась в 1917 году, когда он, будучи председателем Иваново-Вознесенского совета, поддержал Октябрьскую Революцию и уже в следующем году во главе красногвардейского отряда принял участие в подавлении Ярославского восстания. В это время Фурманов сблизился с Михаилом Васильевичем Фрунзе, бывшим тогда в Иваново-Вознесенске председателем губернского комитета партии Большевиков и военным комиссаром Иваново-Вознесенской губернии. В январе 1919 года, когда Фрунзе был назначен командующим 4-й армией Восточного фронта, Фурманов также отправился в качестве политработника на Восточный фронт, где стал комиссаром Александро-Гайской группы войск. С 25 марта — комиссар знаменитой Чапаевской 25-й стрелковой дивизии.
Фурманов, будучи комиссаром дивизии, то есть лицом, контролирующим комдива, Василия Ивановича Чапаева, непосредственно сам наблюдал за боями и был в курсе всей военной обстановки, которую он описал в знаменитом романе «Чапаев».
Весной 19-го года Чапаевская дивизия вела успешные бои с белогвардейскими частями на степных просторах Самарской и Уфимской губерний. Большим успехом дивизии в тот период было форсирование реки Белая, окончившееся разгромом Колчаковских войск и взятием Уфы, что создало условия для овладения Красной армией территорией Южного Урала.
В июле, после взятия Уфы, Чапаевская дивизия была переброшена для борьбы с Уральскими казаками (не путать с казахами!). Фурманов также хорошо описал этот период в своей книге. Он отмечал, что воевать с казаками в степи было значительно сложней, чем с Колчаковской армией, куда солдат зачастую забирали насильно, и откуда они при появлении возможности охотно бежали. Казаки же, имея большие земельные наделы не хотели ими делиться и поэтому сражались упорно, проявляя жестокость к красноармейцам, не щадя ни женщин, ни раненых, что вызывало ответное ожесточение красных:
«В это же время сюда [ко Лбищенску] из-под Сломихинской двигались казацкие полки; они набрели на хутор, где задержался иваново-вознесенский обоз. Начались ужасные расправы. Случайно спаслись, убежали только три красноармейца. Они и сообщили о случившемся. В бригаде затревожились — отсюда казаков не ждали. Повернули полк опять на хутор, на выручку обозу. Но вернуть его целиком не удалось — все лучшее захватили казаки с собой, с боем отступая от хутора. Представилось ужасное зрелище: две девушки валялись с отрезанными грудями, бойцы — с размозженными черепами, с рассеченными лицами, перерубленными руками… Навзничь лежал один худенький окровавленный красноармеец, и в рот ему воткнут отрезанный член его… Омерзительно и страшно…»
Как известно, во время Уральской операции 25-й стрелковая дивизия быстро выбила казачьи войска из Уральска, но в сентябре 19-го года в Лбищенске, ныне посёлке Чапаев Западно-Казахстанской области, вместе со своим штабом трагически погиб командир дивизии Василий Иванович Чапаев. Фурманов в то время уже был переведён в Туркестан, что спасло ему жизнь, и гибель Чапаева он описал в своей книге по воспоминаниям немногих выживших очевидцев.
В другой известной книге Фурманова, романе «Мятеж», им описано восстание Верненского гарнизона в июне 1920 года, где он находился в это время в качестве уполномоченного РевВоенСовета в Семиречье. Он сыграл ключевую роль в ликвидации восстания, прошедшего практически бескровно. Фурманов вполне объективно и со свойственным ему талантом описал те июньские события и обстановку им предшествовавшую. Конечно, по масштабам Советской России этот мятеж можно назвать мелким происшествием, но для всего Жетісу это было очень важное событие.
Поводом июньского восстания стал приказ Верненскому гарнизону (5 тысяч человек) от командования Туркестанского фронта выступить из города и отправиться в Фергану для борьбы с басмачами. Однако гарнизон состоявший из местных крестьян не хотел продолжать службу, тем более в далёкой Фергане. Но основной причиной недовольства крестьян (солдат) была политика центральной Советской власти (Москвы) по возвращению земель казахам, бежавшим в Китай после восстания 1916 года. Надо отметить, что гражданская война в Жетісу фактически заключалась в противостоянии между казаками (не путать с казахами!), имевшими большие земельные наделы, выдаваемыми царской администрацией за их службу и крестьянами-переселенцами. Крестьяне имели небольшие наделы и были вынуждены арендовать землю у казаков, которые имели её столько, что не могли сами обработать. После же восстания 1916 года и откочёвки казахов за границу, освободившиеся земли были поделены между крестьянами и казаками, но лучшие земли всё равно оставались у последних. Поэтому после разгрома Семиречинских казаков в гражданской войне, местные красноармейцы (крестьяне) не видели для себя смысла дальше воевать. Они были не очень рады политике возвращения казахов-переселенцев, хотя земли в Жетісу было столько, что её хватило бы обрабатывать казахам, и казакам, и на крестьянам:
«Декретом центра открывалась возможность приступить теперь же к поселению возвращающихся из Китая киргизов на землю. <…> Они, горемыки, эти идущие сорок — пятьдесят тысяч беженцев-киргизов четыре года выносили страдания в голодных равнинах
Китая, оторванные от родины, ограбленные, разоренные царскими жандармами и кулачьем, жандармским подсобником… Они потеряли всякую надежду когда-либо вновь увидеть свои горы, свои пастбища, полусожженные, разграбленные пепелища родных кишлаков. Они похоронили свою веру в лучшие времена и примирились с нищенством, которое бичевало их в Китае. С кибитками, полными ребят, без баранов, без кобылиц — они одиноко кочевали из края в край, бездомные, бесприютные изгнанники. Помирали с голоду, вымирали от болезней, и все их меньше, меньше оставалось, страдальцев…<…>
И подумайте: вдруг к ним, в стан изнуренных, безнадежных, вымирающих, — вдруг к ним примчалась весть удивительная, почти невероятная:
— Киргизы-страдальцы, мученики и жертвы царского произвола, — возвращайтесь в родное Семиречье, к своим кишлакам, к забытым, любимым, тысячу раз оплаканным предгорьям тянь-шаньских перевалов! Семиречье свободно. Там ждут вас ваши братья. Там все по-новому. И не дадут теперь насильникам чинить над вами произвол, жестокую расправу. Идите на старые гнезда, живите новой, свободной жизнью, разводите артелями новые косяки буйных коней и стада баранов, приучайтесь пахать землю, чтобы оборвать последнюю зависимость от кулака, чтобы самому научиться, самому кормиться, чтобы избегнуть батрачества, неволи».
После гражданской войны Фурманов переехал в Москву, где работал в литературно-издательском отделе Политуправления РевВоенСовета, членом Высшего военно-редакционного совета; завершил филологическое образование в Московском университете (окончил в 1924 году). Вёл активную литературную и общественную работу, собирался написать книгу о знаменитом советском военачальнике, своём товарище, уроженце Бишкека, Михаиле Васильевиче Фрунзе. Однако, жизнь Дмитрия Андреевича неожиданно оборвалась в 1926 году от менингита вследствие осложнения обычной ангины.
Видный советский военачальник генерал Хлебников, близкий друг и сослуживец Фурманова по Чапаевской дивизии, так вспоминал об обстоятельствах его кончины:
«Вот ведь как случается в жизни: молодой, полный сил человек, прошёл невредимым через сорок смертей, а погиб от болезни, на которую сначала и внимания не обратил».
— Хлебников Н. М. Под грохот сотен батарей. — М.: Воениздат, 1974.
И сегодня, в годовщину Октябрьской революции и дня рождения Дмитрия Фурманова, мы предлагаем вашему вниманию книги «Чапаев» и «Мятеж». Несмотря на то, что они являются художественными произведениями, написаны они участником тех событий, и их можно считать историческими свидетельствами того непростого и тяжёлого времени. Мы надеемся, что эти книги помогут нашим читателям лучше разобраться в причинах и истории Гражданской войны.
Ссылки на книги:
Қызыл Отау / Красная Юрта